«Четырехэтажная халтура»
Маяковский Владимир Владимирович

📖

В центре мира
стоит Гиз оправдывает штаты служебный раж. Чтоб книгу
народ
зубами грыз, наворачивается
миллионный тираж. Лицо
тысячеглазого треста
блестит электричеством ровным. Вшивают
в Маркса
Аверченковы листы, выписывают гонорары Цицеронам. Готово.
А зав
упрется назавтра в заглавие,
как в забор дышлом. Воедино
сброшировано
12 авторов! – Как же это, родимые, вышло??Темь
подвалов
тиражом беля, залегает знание
и лишь бегает
по книжным штабелям жирная провинциалка
мышь. А читатели
сидят
в своей уездной яме, иностранным упиваются,
мозги щадя. В Африки
вослед за Бенуями улетают
на своих жилплощадях. Званье
– "пролетарские"
нося как эполеты, без ошибок
с Пушкина
списав про весны, выступают
пролетарские поэты, развернув
рулоны строф поверстных. Чем вы – пролетарий,
уважаемый поэт? Вы с богемой слились
9 лет назад. Ну, скажите,
уважаемый пролет,вы давно
динаму
видели в глаза? – Извините
нас,
сермяжных,
за стишонок неудачненький. Не хотите
под гармошку поплясать ли?Это,
в лапти нарядившись,
выступают дачники под заглавием
– крестьянские писатели. О, сколько нуди такой городимо, от которой
мухи падают замертво! Чего только стоит
один Радимов с греко-рязанским своим гекзаметром! Разлунивши
лысины лачки, убежденно
взявши
ручку в ручки, бороденок
теребя пучки, честно
пишут про Октябрь
попутчики. Раньше
маленьким казался и Лесков рядышком с Толстым
почти не виден. Ну, скажите мне,
в какой же телескоп в те недели
был бы виден Лидин?! – На Руси
одно веселье
пити...А к питью
подай краюху
и кусочек сыру. И орут писатели
до хрипоты
о быте, увлекаясь
бытом
госиздатовских кассиров. Варят чепуху
под клубы
трубочного дыма всякую уху
сожрет
читатель-Фока. А неписанная жизнь
проходит
мимо улицею фыркающих окон. А вокруг
скачут критики
в мыле и пене: – Здорово пишут писатели, братцы! – Гений-Казин,
Санников-гений... Все замечательно!
Рады стараться!С молотка
литература пущена. Где вы,
сеятели правды
или звезд сиятели? Лишь в четыре этажа халтурщина: Гиза,
критика,
читаки
и писателя. Нынче
стала
зелень веток в редкость, гол
литературы ствол. Чтобы стать
поэту крепкой веткой выкрепите мастерство!

^{1926 год}