«Военный летчик» – мемуары французского писателя Антуана де Сент-Экзюпери, написанные в 1942 году.

Жить тоже нелегко.

Жить – значит медленно рождаться.

Любовь – о ней не спорят. Она есть.

Война это не подвиг. Война – болезнь.

Мы живём в слепом чреве администрации.

Умирают только за то, ради чего стоит жить.

Жизнь проявляется не в состояниях, а в действиях.

Нужно, чтобы то, ради чего умираешь, стоило самой смерти.

Только благодаря ветру свободен парусник в открытом море.

Прекрасно дерево, уходящее своими корнями глубоко в почву.

Война – не настоящий подвиг, война – это суррогат подвига.

Разум обретает ценность лишь тогда, когда он служит любви.

Основа нашего единства – Человек, который выше каждого из нас.

Только выполнение своего долга позволяет человеку стать чем-то.

Искушение – это соблазн уступить доводам Разума, когда спит Дух.

Братьями можно быть только в чём-то и нельзя быть братьями вообще.

Страх возникает, когда теряешь уверенность в том, что ты – это ты.

Человек – всего лишь узел отношений. И только отношения важны для человека.

Раз я неотделим от своих, я никогда от них не отрекусь, что бы они ни совершили.

Жизнь Духа иногда прерывается. Только жизнь Разума непрерывна или почти непрерывна.

Продолжить чтение

Прежде чем получить, надо отдать, и прежде чем поселиться в доме, надо его построить.

Озарение означает лишь то, что Духу внезапно открылся медленно подготовлявшийся путь.

Жертва теряет всякое величие, если она становится лишь пародией на жертву или самоубийством.

Беспредельность нельзя найти. Она созидается в нас самих. А бегство никого никуда не приводило.

Умирают за дом, но не за вещи и стены. Умирают за собор – не за камни. Умирают за народ – не за толпу.

Долг врача состоял в том, чтобы, рискуя жизнью, лечить зачумленного, кем бы он ни был. Врач служил Богу.

Только дух оплодотворяет разум. Дух бросает в него семя грядущего творения. Разум завершит всё остальное.

Демагогия возникает тогда, когда, за отсутствием общей меры, принцип равенства вырождается в принцип тождества.

Что значит освободить? Если в пустыне я освобожу человека, который никуда не стремится, чего будет стоить его свобода?

Ребёнок не приходит в ужас от того, что терпеливо готовит в себе старика. Он – ребёнок, и он играет в свои детские игры.

Мне всегда была ненавистна роль наблюдателя. Что же я такое, если я не принимаю участия? Чтобы быть, я должен участвовать.

Детство – этот огромный край, откуда приходит каждый! Откуда я родом? Я родом из моего детства, словно из какой-то страны...

Но если я готов дать лишь самому себе, я ничего не получаю, потому что я не создаю ничего такого, от чего я не отделим, а значит, я – ничто.

Легко основать порядок в обществе, подчинив каждого его члена незыблемым правилам. Легко воспитать слепца, который, не протестуя подчинялся бы поводырю или Корану. Насколько же труднее освободить человека, научив его властвовать над собой.

Смерть – это нечто огромное. Это новая цепь связей с мыслями, вещами, привычками умершего. Это новый миропорядок. С виду как будто ничего не изменилось, на самом же деле изменилось всё. Страницы в книге те же, но смысл её стал иным. Чтобы почувствовать смерть, мы должны представить себе те часы, когда нам нужен покойный. Именно тогда нам его и недостаёт. Представить себе часы, когда он мог бы нуждаться в нас. Но он в нас больше не нуждается. Представить себе час дружеского посещения. И почувствовать его пустоту. Мы привыкли видеть жизнь в перспективе. Но в день похорон нет ни перспективы, ни пространства.