Сальвадор Дали
Цитаты Высказывания

Не бойся совершенства, тебе его не достичь никогда.

Врагов я забрасываю цветами — в гробу.

Художник думает рисунком.

Скромность — мой природный изъян.

Обожаю умных врагов.

Я бы не купил ни одну из своих картин.

Мода это то, что способно выйти из моды.

Добровольного идиотизма я не понимаю.

Страдая, я развлекаюсь. Это мой давний обычай.

Я за монархию, ибо такова моя королевская воля.

Слова для того и существуют, чтобы сбивать с толку.

Рядом с историей, политика — не более чем анекдот.

Если нам что-нибудь и интересно, так только чудо.

Свобода вроде шпината — что-то вялое, без костей.

Совершенно очевидно одно — то, что я ненавижу простоту во всех ее формах.

Бежать впереди истории гораздо интереснее, чем описывать ее.

Думаю, что сейчас у нас средневековье, но когда-нибудь настанет Возрождение.

Особенность моей гениальности состоит в том, что она проистекает от ума. Именно от ума.

Когда меня спрашивают, какая разница между полотном Веласкеса и хорошей фотографией, я отвечаю: «Семь миллионов долларов».

Люблю журналистов! Они также способствуют кретинизации населения. И прекрасно с этим справляются.

Без Веласкеса не было бы французского импрессионизма, без Пикассо и Гриса нет кубизма, без Миро и Дали нет ни сюрреализма, ни всего, что из него проистекло.

Вы пренебрегаете анатомией, рисунком, перспективой, всей математикой живописи и колористикой, так позвольте вам напомнить, что это скорее признаки лени, а не гениальности.

Я — живое воплощение поднадзорного бреда. Это я сам держу его под надзором. Я брежу, следовательно, я существую. И более того: я существую, потому что брежу.

Будучи посредственностью, незачем лезть из кожи вон, доказывая, что ты посредственность. Это и так заметно.

Не старайся идти в ногу со временем, от времени ни куда не денешься. Все мы — что бы ни вытворяли — поневоле современны.

Какую бы чушь ты не нес, в ней всегда есть крупица правды. Горькой правды.

Произведение искусства не пробуждает во мне никаких чувств. Глядя на шедевр, я прихожу в экстаз от того, чему могу научиться. Мне и в голову не приходит растекаться в умилении.

Мои усы радостны и полны оптимизма. Они сродни усам Веласкеса и являют собой полную противоположность усам Ницше.

Коммунизм неуклонно деградирует. Судите сами: Маркс был необыкновенно волосат, Ленин носил бороду и усы (хотя не столь пышные), Сталин только усы, а у Хрущева и того не было.

Учёба пыталась сделать из меня стандартного идиота, я же был как минимум нестандартен.

Хохот человеческого стада — вот тот кошмар из детства и школы, который я нёс с собой всю свою жизнь.

Моя память смешала реальность и вымысел. К примеру, одно воспоминание связано с Россией... хотя я никогда не бывал в этой стране.

Глядя на книжных людей, пытающихся заниматься творчеством, хочется сказать: уж лучше бы вы мучили кошек и мочились в потолок.

Я напал на скрипача, и доказал ему превосходство живописи над музыкой. Ботинками доказал, растоптав скрипку.

Самым моим любимым наставником стал Кант, из которого я не понял ровным счётом ничего — и это наполняло меня гордостью и удовлетворением. Человек, написавший такие важные и бесполезные книги, был не иначе как ангелом!

Замена топоров на гильотины, не говоря уже об американской машине для убийства — целая революция в сознании. Люди добровольно отдают себя машинам, и ещё чем-то недовольны.

Зачем писать длинные книги? Мысль должна быть ёмкой и сногсшибательной!

Чувство банально по своей природе. Это низший природный элемент, пошлый атрибут обыденности. Когда меня обуревают чувства, я превращаюсь в форменного идиота.

В три с половиной года я хотел стать кухаркой, заметьте, кухаркой, а не поваром, в шесть лет я хотел быть Колумбом, в семь — Наполеоном, а потом мои притязания постоянно росли.

Живопись — это сделанная рукой цветная фотография всех возможных, сверхизысканных, необычных, сверх эстетических образцов конкретной иррациональности.

Геройство — это мой род занятий.

Я брежу, следовательно, я существую. И более того: я существую, потому что брежу.

Человека надо принимать, как он есть: вместе со всем его дерьмом, вместе со смертью.

Скажите мне, почему человек должен держать себя в точности так, как прочие люди, как масса, как толпа?

Если все время думать: "Я — гений", в конце концов станешь гением.

Всё, что я обещаю, я делаю — когда-нибудь. Всё, что хочу, сбывается — рано или поздно.

Безумие для меня весьма питательно, а произрастает оно из шутовства.

Я никогда не мог разрешить роковой вопрос: где у меня кончается притворство и начинается искренность.

Зависть прочих художников всегда служила мне термометром успеха.

Трудно привлечь к себе внимание даже ненадолго. А я предавался этому занятию всякий день и час. У меня был девиз: главное — пусть о Дали говорят. На худой конец пусть говорят хорошо.

Для начала научитесь рисовать и писать как старые мастера, а уж потом действуйте по своему усмотрению — и вас всегда будут уважать.

Играя в гениальность, гением не станешь, разве что заиграешься.

Детство тянется к насекомым. Они любопытны, они порождают в душе тягу к насилию над собой и природой. А это уже — стимул к творчеству.

Ошибка — от Бога. Поэтому не старайтесь исправить ошибку. Напротив, попробуйте понять ее, проникнуться ее смыслом, притерпеться к ней. И наступит освобождение.

Какую бы чушь ты не нес, в ней всегда есть крупица правды. Горькой правды.

Когда все гении перемрут, я, останусь в гордом одиночестве.

Только идиоты полагают, что я следую советам, которые даю другим. С какой стати? Я ведь совершенно не похож на других.

Ну выйдет человечество в космос — и что? На что ему космос, когда не дано вечности?

Если вы отказываетесь изучать анатомию, искусство рисунка и перспективы, математические законы эстетики и колористику, то позвольте вам заметить, что это скорее признак лени, чем гениальности.

Комар, ранним утром впивающийся вам в ляжку, может послужить молнией, которая озарит в вашем черепе неизведанные ещё горизонты.

Любить женщину всей душой не стоит. А не любить — не получается.

Искусством я выправляю себя и заражаю нормальных людей.

Анархия при монархии — вот наилучшее государственное устройство. Монарх должен быть гарантом анархии.

Пока все разглядывают мои усы, я, укрывшись за ними, делаю своё дело.

Через века мы с Леонардо да Винчи протягиваем друг другу руки.

Я уважаю любые убеждения, и прежде всего те, которые несовместимы с моими.

Магия не в самих вещах, а в отношениях между обыкновенными вещами.

Меня завораживает всё непонятное. В частности, книги по ядерной физике — умопомрачительный текст.