Гай Саллюстий Крисп — ... (лат. Gaius Sallustius Crispus; 86 до н. э., Амитерн – 35 до н. э. (?)) – древнеримский историк, реформатор античной историографии, оказавший значительное влияние на Тацита и других историков. Подробнее

Отвага заменяет крепостные стены.

Победа, купленная кровью.

При единении и малое растет, при раздоре и величайшее распадается.

Прихоть случая управляет миром.

Скупость, словно пропитанная вредоносными зельями, расслабляет дух.

Слова сопоставлять с делами.

Ставь божеское на один уровень с человеческим.

Богатство не уменьшает жадности.

Больший позор – потерять приобретенное, чем совсем не быть приобретшим.

В печали и в несчастьях смерть не мучение, а упокоение от тягот.

В сражении те больше всего подвергаются опасности, которые больше других одержимы страхом; смелость – все равно что стена.

Всякую войну легко начать, но крайне трудно кончить.

Дела важнее слов.

Для тела и имущественных благ есть как начало, так и конец, и все, что зарождается, гибнет, и что умножается, оскудевает.

Дорогой мужества стремиться к славе.

Иметь общие желания и общие отвращения – именно в том состоит прочная дружба.

Каждый кузнец своего счастья.

Корыстолюбие отнимает самые заветные чувства – любовь к отечеству, любовь семейную, любовь к добродетели и чистоте.

Кто больший друг, как не брату брат?

Люди свое ценят дешево, желают чужого.

Многие люди, рабы желудка и сна, проводят жизнь без образования и воспитания, подобно бродягам, причем, вопреки природе, тело служит им для наслаждения, а душа – в тягость.

Мы во цвете лет, мы сильны духом.

На кого не действуют ни слава, ни опасности, того напрасно уговаривать.

Стоя – одно, сидя – другое (говорит).

Страстность и гнев – худшие советчики.

Трудным представляется писать историю.

Хороший человек, если на него не обращать внимания, становится только менее деятельным, а дурной – более преступным.

При согласии и малые дела вырастают в большие, при разногласии и большие распадаются.

Где чтут богатство, там презирают все честное: верность, порядочность, стыд.

Но Фортуна властвует, конечно, во всяком деле: она не столько по справедливости, сколько по своему произволу все возвышает или оставляет в тени.

При согласии малые дела растут, при несогласии великие дела рушатся.

Мастер всяческого лицемерия и притворства.