Мольер (Жан-Батист Поклен) фр. Moliere (Jean-Baptiste Poquelin) (15 января 1622 — 17 февраля 1673)
Жан-Батист Поклен, театральный псевдоним — Мольер — (фр. Jean-Baptiste Poquelin, фр. Moliere; 15 января 1622, Париж — 17 февраля 1673, Париж)№ французский драматург XVII века, создатель классической комедии, по профессии актёр и директор театра, более известного как труппа Мольера (Troupe de Moliere, 1643—1680).
Женщины больше всего любят, когда на них тратятся.
Каждый может быть легко обманут тем, кого он любит.
Медицина — одно из величайших заблуждений человечества.
Красавица всё может себе позволить, красавице всё можно простить.
Нет ничего более сладостного, чем сломать сопротивление красавицы.
Лицемерие — модный порок, а все модные пороки сходят за добродетели.
Высшее доказательство любви — это подчинение воле того, кого любишь.
Коль девушку ведут неволей под венец,
Тут добродетели нередко и конец.
Ведь может быть супруг за честь свою спокоен
Лишь при условии, что сам любви достоин.
И если у мужей растет кой-что на лбу,
Пускай винят себя — не жен и не судьбу.
Коль жены думают лишь о своих мужьях,
Им вовсе ни к чему рядиться в пух и прах.
Коль нанесли тебе сердечную обиду,
Плати забвением — так гордость нам велит;
Не можешь позабыть — тогда хоть сделай вид,
Не унижай себя.
Мы любим, иногда не ведая о том,
А часто бред пустой любовью мы зовем.
Кто всегда уныл, ревнив и мрачен,
Того дебют в любви частенько неудачен.
Кто чересчур насчет рогов опаслив,
Тот вовсе не женись — другого средства нет.
Лжеправедники есть, как есть лжехрабрецы.
Бахвальством не грешат отважные бойцы,
А праведники те, что подают пример нам,
Не занимаются кривляньем лицемерным.
Терять поклонников кокеткам тяжело,
И чтобы вновь привлечь внимание, с годами
Они становятся завзятыми ханжами.
Их страсть — судить людей. И как суров их суд!
Нет, милосердия они не признают.
На совести чужой выискивают пятна,
Но не из добрых чувств — из зависти, понятно.
Злит этих праведниц: зачем доступны нам
Те радости, что им уже не по зубам?
Движения ревности должны быть несносны, когда происходят от любви, которая нам противна.
Зарождающееся влечение таит в себе неизъяснимое очарование, вся прелесть любви — в переменах.
Добродетель — это первый признак благородства, именам я придаю куда меньше значения, чем поступкам.
Что бы ни говорили, есть в человеке что-то не-обыкновенное — такое, чего никакие ученые не могут объяснить.
Когда говорит человек в мантии и шапочке, всякая галиматья становится ученостью, а всякая глупость — разумной речью.
Самое несносное в любви — это спокойствие. Безоблачное счастье может наскучить, в жизни никак нельзя обойтись без приливов и отливов: с препятствиями любовь разгорается сильнее, и наслаждение ценится больше.
Нет лучшего способа располагать к себе людей, как поддакивать их взглядам, курить фимиам их недостаткам и рукоплескать всему, что они делают, и нет ничего настолько дерзкого и смешного, чего нельзя было бы заставить проглотить, приправив похвалами.
Подражай людям в их склонностях, следуй их правилам, потворствуй их слабостям, восторгайся каждым их поступком — и делай из них что хочешь, это самый лучший путь, можно смело играть в открытую... Пересаливать не бойся, тут и самый умный человек, как последний дурак, явный вздор, явную нелепость проглотит и не поморщится, если только это кушанье приправлено лестью. Нельзя сказать, чтобы это было честно, но к нужным людям необходимо применяться. Раз другого средства нет, виноват уже не тот, кто льстит, а тот, кто желает, чтобы ему льстили.