Станислав Ежи Лец
Мудрые Слова

Не следует разгонять скуку силами милиции!

Сатиру не интересуют вещи, которые смешны сами по себе.

Солома в голове некоторых поэтов, очевидно, устраивает Пегаса.

Эксплуатация человека человеком — как здесь все человечно.

К дидактическому искусству относится и то, которое отучает думать.

То, что один поэт говорит о другом поэте, можно сказать не будучи поэтом вовсе.

Искусство идет вперед, а за ним охрана.

Трагизм эпохи лучше всего передает ее смех.

Увенчаем лавром головы лишь тех, у кого они есть.

Каждый зритель приносит в театр свою собственную акустику.

Принцип: актеру-заике нельзя играть заику.

В начале некоторых песен вместо скрипичного ключа стоит параграф авторского договора.

У всех великих трагедий — счастливый конец, но кто в состоянии до него досидеть!

Смотри: когда ты ходишь в блеске славы, преимущество на стороне твоих врагов — они затаились в тени.

Иногда безопаснее, чтобы тебя видели в кривом зеркале, чем в обычном.

Крикнул: «А король-то голый!». Но придворные заткнули ему рот: «Молчи!». «Почему?» — «Может простудиться!»

Мечта рабов — рынок, где можно было бы покупать себе хозяев.

Нет таких глупцов, которые время от времени ими бы не прикидывались.

И Иуды научились носить кресты.

Не все фениксы, восстающие из пепла, признаются в своем прошлом.

В его молчании крылись языковые ошибки.

Третья сторона медали? Грудь, которой она касается.

Vox populi — vox Deus ex machina. «Глас народа — глас Бога из машины».

«He руби сук, на котором сидишь» — дарвиновские обезьяны, как видно, не знали этой пословицы.

Превращение человека в тряпку? Я — за более продуктивное использование людей.

Уже и дьявол наслышан о современном обобществлении и не желает заключать договоров с частными лицами.

Многие не жили своей жизнью, желая обойтись чужой смертью.

Глядя на мир, сощурив глаз, легче скрыть слезу.

Слово за слово человек идет порой всю жизнь.

Хитрецы! Сговариваются с чертями, чтобы те их не пускали в ад.

Жаль, что счастье нельзя найти на пути к нему.

Мул — скотина изворотливая: когда надо, настаивает, чтобы на нем было лошадиное седло, в другой раз ссылается на свою ослиную тупость.

Есть баррикады, пустые с одной стороны.

Тюрьма — не место изоляции от истории.

Хвастался: «Я марширую с ними, но в такт другой музыки!»

Крест у фамилии других многие считают плюсом.

Человеку, подвергнутому колесованию, безразлично, в какую сторону колесо вращается.

Те, что переросли свое время, часто ходят с опущенной головой.

По какому праву распинают на кресте тех, кого почитать и не собираются?!

Мысль никогда не бывает свободна. Она ограничена умственным горизонтом человека.

В наше время нужна всеобщая моторизация, чтобы у людей были тормоза.

Палач не хотел мыть руки после казни. «Ведь я не Пилат!» — возмущенно воскликнул он.

Труднее всего плыть против течения собственной крови.

Свобода должна иметь свои границы.

Человек любит смеяться. Над другими.

Как трудно скрыть свое небытие!

Право слово, далеко не все львы — орлы.

Бывает, что пес машет поводком.

Смотри, бесстыжие могут покраснеть твоей кровью.

Нищие духом способны лишь на дешевый оптимизм. Правда, он дорого обходится другим.

Вести диалог с миром? Только без подслушивающих устройств.

И вас удивляет, что карлики тянутся вверх?

Стоящие у руля часто окружают себя нулями — они напоминают спасательные круги.

Сколь многие хотели бы покинуть самих себя в момент опасности.

На борьбу с насилием иди с открытым челом, чтобы тебе не выжгли на нем каинову печать.

Из его уст выскакивают самые благородные слова. Разве им следует удивляться?

Есть ли вегетарианцы среди людоедов?

Многие люди переживают трагедию. Но не каждому ее пишет Софокл.

Каждый автопортрет — это ню. Ничто так не обнажает натуру.

Проверяйте время от времени подвалы крепостей, защищающих идеалы.

Иногда нужно нахальство, чтобы доказать свою деликатность.

Поэт подозрительно относится к своим словам: каким из них выпадет красоваться на его надгробии?

Порой юморист приходит в отчаяние — невозможно оказаться смешнее дутого пафоса других.

Принесли глупость к мастеру: «Нельзя ли переделать ее на мудрость?» Тот ответил: «И еще кое-что останется».

Был верным знаменосцем. Держа древко, не позволял себя отвлечь ничем — даже заменой флага.

Встретились пигмеи с великанами. «Мы равны между собой!» — сказали пигмеи. — «Да», — ответили гиганты.

Подозреваю, что некоторые властители отрубали бы подданным руки, если бы не нуждались в них для аплодисментов.

Иногда человек испытывает чувство, что болтается на сцене даже не будучи статистом.

Часто крыша над головой не позволяет людям расти.

А сколько было потопов без Ноева ковчега!

Сколько народу путешествует за пределами собственных горизонтов!

Путь совершенствования искусства — отбор. Но не людей.

Беседы о погоде станут интересны при первых признаках конца света.

Для того, чтобы подняться выше, надо сложить крылья.

У каждого столетия есть свое средневековье.

Люди, нас слишком много, а я боюсь, как бы не стало меньше!

В доме повешенного не говорят о веревке. А в доме палача?

Прекрасная ложь? Да это уже творчество!

Горе диктаторам, которые поверили, что ими не являются.

Мысли, как блохи, скачут с человека на человека. Но не всех кусают.

Вот если бы смерть можно было отоспать в рассрочку!

Факт всегда остается голым, далее если он облачен по последней моде.

И чтобы начать сомневаться, нужно принять решение.

При жизни ему не довелось стоять у позорного столба общественного мнения.

Боги наследуют и качества верующих.

Сокрушая памятники, сохраняйте пьедесталы — могут пригодиться.

Что удерживает нас на планете, кроме силы земного тяготения?

Все в руках человека! Поэтому их нужно мыть чаще.

Предпочитаю надпись «Вход воспрещен» объявлению «Выхода нет».

Когда один миф столкнется с другим, это будет вполне реальное сотрясение.

Иногда колокол раскачивает звонаря.

Наконец-то они договорились. Пришли к общему выводу, что являются врагами.

Всегда ставит вопрос с ног на голову — к сожалению, на свою.

От одной системы мы долго не сможем отделаться — от солнечной.

И воры порой ходят в ореоле славы. Вовсе не украденном.

Тревога народа редко рождает трусов.

Нужно наплодить столько мыслей, чтобы на них не хватило охранников.

Вы спрашиваете, как долго вызревали мои мысли. Всего шесть тысяч лет.

XI заповедь: «Нечужесловь!»

Не говори о человеке плохо, ведь он подслушивает в тебе.

Что такое хаос? Это тот порядок, который был уничтожен при сотворении мира.

Если бы искусство разговора стояло у нас выше, ниже оказался бы прирост населения.

Вертикаль и горизонталь образуют вместе крест.

Упала ли когда из ока провидения человеческая слеза?

Нелегко жить после смерти. Иногда на это нужно потратить всю жизнь.

Я как-то получил письмо от читателя: «Чтобы понять ваши «Непричесанные мысли», надо быть очень начитанным». Сразу ответил телеграммой: «А как же!»

Все нужно принести в жертву человеку! Только не других людей.

«Из одного креста можно было бы сделать две перекладины для виселиц», — презрительно отозвался специалист.

Букву закона следовало бы включить в алфавит.

Костры инквизиции не рассеяли мрак своей эпохи.

Не поворачиваться спиной к действительности? А разве действительность не окружает нас со всех сторон? Ох!!

Дьявол в аду — персонаж положительный.

А может, следовало бы ввести наказание пожизненным тюремным заключением, усугубленным искусственным продлением жизни?

Я видел титана, штопавшего носки. Это было его первое титаническое усилие.

Мысли некоторых людей так ничтожны, что не доходят даже до их головы.

Как пахнут розы? Профессионально.

И кастраты духа берут самые высокие ноты.

Он? Это человек энциклопедически необразованный.

Когда падают головы, не опускай собственную.

Мы поделились с другими своими богами. А как боги поделились нами?

Как душно! Откройте окна — пусть и на улице это почувствуют.

Берегитесь человека, набравшего в рот воды: такой может оплевать.

Они так прижались друг к другу, что уже не осталось места ни для каких чувств.

Мне хотелось сказать миру одно слово. Так как сделать этого я не смог, то стал писателем.

На него пала тень подозрения. В этой тени он и скрывается.

А если людоед пользуется вилкой и ножом — это прогресс?

Заметили — крышка гроба со стороны его обитателя обходится без украшений?

Иногда черт меня искушает, чтобы я поверил в Бога.

Труднее всего отыскать правду в эпоху, когда все может оказаться правдой.

Обращаться лучше всего к чужим богам: они выслушают вас вне очереди.

И время Эйнштейна зависело от его часов.

Дно — это дно, даже если находится сверху.

Можно изменить веру, не изменяя Бога. И наоборот.

Велика сила ничтожества.

Вы спрашиваете, как играл этот виртуоз? В его игре было нечто человеческое: ему довелось ошибиться.

Вы можете вообразить себе женщину, которая рассказывала бы своему возлюбленному сказки в течение 1001 ночи?

Были и такие мученики, что проделали крестный путь в обратном направлении.

Брак — это институт. Так не слишком ли мало в нем сотрудников?

Имел столь высокое представление о своей особе, что временами казался себе карликом.

Во что превращается дьявол, когда перестает верить в Бога?

Берегитесь, чтобы не попасть под колесо чужой фортуны.

Есть Великое Ничто и маленькое ничтожество.

Иногда нужно умолкнуть, чтобы быть услышанным.

Кому-то достанется львиная часть льва.

Совершил преступление: убил человека. В самом себе.

Перенаселенность мира привела к тому, что в одном человеке живет много людей.

Нужны были бы и вытрезвители для пьяных от счастья.

То, что человек умер, еще не доказывает, что он жил.

У ангелов существуют свои черти, а у чертей свои ангелы.

Перспектива — замечательная штука, она позволяет увидеть врагов совсем крохотными.

И легкость имеет свою весовую категорию.

Страшная вещь — слабости сильного.

И голос совести проходит мутацию.

Одиночество, как ты перенаселено!

Не ходи проторенными путями, а то поскользнешься.

Неосуществленные поступки часто вызывают катастрофическое отсутствие последствий.

Улыбка рождает смех, а он плодит усмешки.

Триумф человековедения — акты секретных служб.

Путь наименьшего сопротивления — тот, где отказывают любые тормоза.

Не всякое серое вещество имеет нечто общее с мозгом.

И полицейская дубинка бывает указателем пути.

Актер должен иметь, что сказать, даже если исполняет немую роль.

Самая кровавая трагедия, когда зрителям кровь ударяет в голову.

И механизм диктатуры — не перпетуум мобиле.

И маятник идет в ногу со временем.

Власть чаще переходила из рук в руки, чем из головы в голову.

Шекспир, возможно и не был Шекспиром, но X. наверняка им не является.

Актеры, сыграв свою роль, сходят со сцены. В театре.

Только вечный творческий голод поэтов может насытить литературу.

Нередко комедию жизни может передать на сцене только трагедия.

Плагиаторы могут спать спокойно. Муза — дама, и вряд ли станет распространяться, кто у нее был первым.

Берегитесь тем, от которых нельзя отвязаться!

В каждой стране вопрос Гамлета звучит по-своему.

Пегасу даны крылья, чтобы ему труднее было брыкаться.

Обязан ли человек, открыв нечто ценное в себе, уведомить об этом ближайшее отделение милиции?

Когда людям не до смеха — рождаются сатирики.

Тот, кто рождается классиком, не умирает. О нем забывают.

Интеллектуальное самообеспечение — удел гениев и дураков.

Наше незнание простирается на все более далекие миры.

Любовь к отчизне не знает границ — соседей.

Пальцы слуг должны оставлять отпечатки своих хозяев.

В некоторых словарях нет слова чести.

Страшно, если у одного хозяина имеется огромное число рабов. Но не лучше, когда у одного раба очень много хозяев.

Толпа кричит одним большим ртом, а ест сотнями маленьких.

Самое слабое звено цепи — сильнее всего: оно разрывает узы.

Одни хотели бы понять то, во что верят, другие — поверить в то, что понимают.

Будь реалистом: не говори правду.

Каждый язык должен создавать в данное время такие каламбуры, какие нужны его народу.

Идеи приходят в голову изнутри.

Ты — дитя своего времени, но тебе принадлежит выбор второго родителя.

Не бренчи ключами тайн!

Человеческая прямолинейность не всегда кратчайший путь к цели.

Дьявол не спит. С кем попало.

Его пытали, надеясь отыскать в нем собственные мысли.

Эпохи создает археология. Для прыжка в пропасть трамплин не нужен.

Не все, что утратило устойчивость, может быть колыбелью.

Плюнешь на тряпку, она сама утрется.

Не прячь голову в песок, не лишай работы могильщиков.

Те, что сгорели понапрасну, посыпают себе голову пеплом.

Многие, выпустив из рук руль, могли бы стукнуть себя по лбу.

Вся надежда на то, что кроме закона джунглей существует, должно быть и их беззаконие.

Некоторые, когда у них вынимают кляп изо рта, немеют от восторга.

Есть и такие, что погружаются на большую глубину, чтобы пускать оттуда маленькие пузырьки.

Вы думаете, этот автор мало чего добился? Да он один снизил общий культурный уровень!

Из опыта стрелка — большую цель труднее поразить, чем малую.

Не следует драматизировать жизнь! А вдруг отыщется лучший исполнитель на вашу роль?

Первым кидай камень, иначе тебя назовут эпигоном.

Политики, советуйтесь с медиками: что еще смогут переварить граждане.

«Все нужно сносить со стоическим спокойствием», — рекомендуют чаще всего (как ни странно) циники.

Чувствуя в себе признаки величия, взгляни на карту — не оказался ли ты случайно в стране пигмеев.

Плыви за акулой — попадешь к людям.

Снился мне Фрейд. А что это значит?

Иные дуют во что-нибудь до последнего издыхания.

Часто надо отойти в сторону, чтобы увидеть профиль эпохи.

«Не люблю, когда наступает свобода, — признался раб со стажем, — тогда рвутся цепи, связывающие нас друг с другом, и человек остается один, как перст».

Уж сколько раз осуждали преступления. За их неудачное совершение.

Неизменный аргумент пигмеев: «Мы ближе всех к земле!».

Он плыл со всеми по течению. Но кролем, пряча лицо.

Земля — это точка под знаком вопроса!

На что мне «Путеводитель по аду»? В нем он представлен как небо.

Тебя продадут с потрохами, позаботься только о своем качестве.

Тот, кто смог бы доказать, что является потомком Спартака, был бы сегодня не левым радикалом, а гордостью римской аристократии.

С Сократами пьют на брудершафт цикуту.

Продавал себя обеим сторонам. «Для душевного равновесия», — пояснял он.

Бывают времена, когда люди лгут и говоря во сне.

Великих государственных мужей рождают не матери, а Плутархи.

«Все вертится вокруг человека», — сказало колесо в камере пыток.

Он написал: «Растет поголовье скота». Оптимист? Пессимист?

Нам не суждено было родиться под счастливой звездой. Мы родились на ней.

Путь к добродетели небезопасен, ведь здесь действует двустороннее движение.

Решился на самоубийство, но дожидается потопа.

Как же редки случаи, когда человек оказывается равен себе!

Каково предназначение человека? Быть им.

И, плывя через Стикс, люди боятся, как бы не утонуть.

Человек — единое целое, разве что ближние постановят иначе.

Гуманизм переживет человеческий род.

Давайте бороться за чистоту человеческого интерьера!

Преображается и категорический императив. Раньше восклицательный знак в конце напоминал дубину, теперь — ракету.

Тот, кто спасается после кораблекрушения, имеет право вторично открыть Америку.

Подслушивает под чужими дверьми? Не может иначе — глух к голосу совести.

Что за магнит для туристов! Сколько в этой стране развалин людей!

Не отдавай честь тем, кто у тебя ее отнял. Глубины исследуют, бросая в них камни.

Полицейские государства населяют отнюдь не только полицейские.

Раньше люди были ближе друг к другу. По необходимости: еще не создали оружия дальнего боя.

Сколько масок должен надеть человек, чтобы не почувствовать пощечину?

И умершие молчат лишь до времени, которое выскажется за них.

Мрак царит в стране, где негодяй провозглашен светочем.

С географических карт исчезли белые пятна. Выступили кровавые.

Бросил свою последнюю карту. Теперь берегись — у него свободные руки.

Аппетит (других) приходит во время еды (нашей).

Сколько таких, что согласны гнуть шею ради созерцания собственного пупа.

В знак траура флаги приспускают до середины древка, в моменты радостной эйфории они порой падают еще ниже.

И зло обещает лишь осчастливить нас.

Ошибайся коллективно!

Фемида слепа. Поэтому она не видит своих слуг?

Часто литературу обвиняют в том, что она облегчает заключенным бегство от действительности.

Нет бесполезной красоты. Она существует хотя бы для того, чтобы ее могли ненавидеть.

Мы по горло сыты чужим недоеданием.

Антеи, берегитесь трясины!

Заботятся у нас о творческой неудовлетворенности художников!

Орлы должны совершать свои отправления в тучах!

Временами ложь так тесно прилегает к правде, что жить в такой щелочке трудно.

Надпись на пьедестале памятника порой звучит как объявление о розыске преступника.

Из оптики: издалека все выглядит крупнее.

Люди растут. И враждуют из-за того, кто из них выше.

Бедная земля, все наши тени падают на нее.

И ордена бренчат о себе по-разному.

Не оскорбляй другого на языке, которого тот не знает! Это садизм.

Трудно возникнуть мирам, в начале которых — Слова, Слова, Слова.

Улочка, из которой можно вернуться назад, еще не тупик.

Какое благосостояние должно быть достигнуто в государстве, которое может позволить себе, чтобы половина его населения сидела в тюрьмах на казенный кошт, а другая — ее охраняла?!

Умные мысли выходят из головы, как Афина Паллада, а прекрасные — из пены, как Афродита.

Распускают слухи, будто меня интересует моральная сторона политики. Боже упаси! Да что я — мистик?

О нем можно писать только в превосходной степени. Разумеется, негативно.

Некоторые никогда не выпускают из рук руля, ведь он может пригодиться и на другом судне.

Когда рождается пессимизм? Когда сталкиваются два разных оптимизма.

Я так полон оптимизма, что больше в меня его не влезет.

Настоящего мужчину узнаешь везде, даже если он голый.

Поступок следует за мыслью, но, горе нам, если он ее обгоняет.

Слов «Мир прекрасен!» обычно требуют от меня как раз те, что мне его опаскудили.

Страшное дело — плыть в грязной реке против течения.

Правда всегда всплывает на поверхность. Но сначала она ныряет поглубже.

Колоритная фигура: все время меняет цвета.

Должно ли искусство быть понятным? Да, но только для своих адресатов.

И слово, потерявшее свои функции, порой остается в штате.

«Мы всегда возвращаемся к нашей первой любви». Может быть. Но каждый раз с иной целью.

Сатирики, избавляйтесь от слов, пусть говорят цифры!

Преступники несли транспарант: «Запретить пытки нашей совести! Дайте ей спать спокойно!»

И Мессия с нетерпением дожидается своего пришествия.

Учтите опыт орнитологов. Чтобы писатели могли расправить крылья, они должны свободно пользоваться перьями.

Железный человек. Поэтому он не ощущает цепи как нечто чужеродное.

Марионетки напрасно мечтают о монологе Гамлета.

Опасно смешить беззубых тиранов!