Василий Осипович Ключевский
Цитаты Высказывания

Речь — расплавленное золото.

Изысканность — вкуса признак.

Слово — великое оружие жизни.

Инерция — энергия без действия.

Талант — это власть над другими.

Здравый смысл — свой собственный.

Быть счастливым — значит быть умным.

Жизнь учит лишь тех, кто ее изучает.

Человек — величайшая скотина в мире.

Цементирующая сила — традиция и цель.

Сознание — умение пользоваться знанием.

Историк — наблюдатель, а не следователь.

Гораздо легче стать отцом, чем остаться им.

Русские цари — мертвецы в живой обстановке.

Красноречие есть подделка и мысли, и поэзии.

Мудрено пишут только о том, чего не понимают.

Люди ищут себя везде, только не в себе самих.

Фанатизм во имя порядка готов внести анархию.

Женятся на надеждах, выходят замуж за обещания.

Я слишком стар, чтобы стареть, стареют молодые.

Уважение к чужому мнению, уму — признак своего.

Всем можно гордиться, даже отсутствием гордости.

Ум гибнет от противоречий, а сердце ими питается.

Женщина опасна не когда нападает, а когда падает.

Чтобы стать ясным, оратор должен быть откровенным.

Логика в истории что математика в естествоведении.

Высшая ступень искусства говорить — умение молчать.

Не начинайте дела, конец которого не в ваших руках.

Уметь разборчиво писать — первое правило вежливости.

Темперамент — возбудимость, сумма и степень ощущений.

Красота хороша, только когда она сама себя не замечает.

Молодежь что бабочки: летят на свет и попадают на огонь.

Дружба может обойтись без любви; любовь без дружбы — нет.

Семейные ссоры — штатный ремонт ветшающей семейной любви.

Всего хуже сознавать себя дополнением собственной мебели.

Наше будущее тяжелее нашего прошлого и пустее настоящего.

Самое благовоспитанное сердце — которое воспитано печалью.

Иногда необходимо нарушать правило, чтобы спасти его силу.

Быть умным — значит не спрашивать, на что нельзя ответить.

Великая идея в дурной среде превращается в ряд нелепостей.

Мысль без морали — недомыслие; мораль без мысли — фанатизм.

Под сильными страстями часто скрывается только слабая воля.

Есть люди, вся заслуга которых та, что они ничего не делают.

Самый дорогой дар природы — веселый, насмешливый и добрый ум.

Быть счастливым — значит не желать того, чего нельзя получить.

Дорога к правде (истине) не для избранных, а для мужественных.

Чтобы быть полезным людям, нужно ничем не пользоваться от них.

История ничему не учит, а только наказывает за незнание уроков.

Характер — власть над самим собой, талант — власть над другими.

Под свободой совести обыкновенно разумеется свобода от совести.

Твердость убеждений — чаще инерция мысли, чем последовательность.

Самый непобедимый человек — это тот, кому не страшно быть глупым.

В истории мы узнаем больше фактов и меньше понимаем смысл явлений.

Язык — у умного секретарь мыслей, у глупого сплетник или доносчик.

Женщины всё прощают, кроме одного — неприятного обращения с собою.

В мужчину, которого любят все женщины, не влюбится ни одна из них.

Администрация — грязная тряпка для затыкания дыр законодательства.

Хорошая женщина, выходя замуж, обещает счастья, дурная — ждет его.

Самый веселый смех — это смеяться над теми, кто смеется над тобой.

Каприз — половая категория дамского мышления, не замеченная Кантом.

Жизнь не в том, чтобы жить, а в том, чтобы чувствовать, что живешь.

Благотворительность больше родит потребностей, чем устраняет нужду.

Воображение на то и воображение, чтобы восполнять действительность.

Дружба обыкновенно служит переходом от простого знакомства к вражде.

Либералы — игроки на глупость, как консерваторы — игроки на трусость.

Русский культурный человек — дурак, набитый отбросами чужого мышления.

Прямой путь — кратчайшее расстояние между двумя неприятностями в жизни.

Диссертация — научный труд, имеющий двух оппонентов и ни одного читателя.

Какая самая умная женщина? Та, которую хочется благодарить даже за отказ.

Закономерность исторических явлений обратно пропорциональна их духовности.

Прежде дорожили лицом и скрывали тело, ныне ценят тело и равнодушны к лицу.

Капризные выходки озорной мысли — неоригинальные идеи логического мышления.

Мужчины больше всего дорожат в женщинах их наклонностью дешево продаваться.

Он преподает не науку, а собственные мысли, т.е. свои научные недоразумения.

Чувствительность есть подделка чувства, как диалектика есть подделка логики.

Крупный успех составляется из множества предусмотренных и обдуманных мелочей.

Есть люди, в которых самые пороки милее и безвреднее, чем у иных добродетели.

Кто не любит просить, тот не любит обязываться, т.е. боится быть благодарным.

Талант что мозоль на ноге: банщик срежет ее, а деятельность ноги восстановит.

Женщина любит, чтобы ее понимали не как женщину, а как человека женского пола.

Часто бранят сочинение писателя только потому, что сами не умеют написать так.

Чтобы уметь быть злым, надо выучиться быть добрым: иначе будешь просто гадким.

Он слишком умен, чтобы быть счастливым, и слишком несчастлив, чтобы быть злым.

Добрый человек не тот, кто умеет делать добро, а тот, кто не умеет делать зла.

У женщины сердце умнее ее ума: потому—то она чувствует умно и размышляет глупо.

Когда у мыслителей быстро вертятся мысли, у немыслящей публики кружится голова.

Враги — это банщики. Своей злобой против вас они смывают вашу, а не свою грязь.

Дамы только тем и обнаруживают в себе присутствие ума, что часто сходят с него.

Старость для человека что пыль для платья — выводит наружу все пятна характера.

Некоторые думают, что стоит только обозвать всех дураками, чтобы прослыть умным.

Высшая задача таланта — своим произведением дать людям понять смысл и цену жизни.

Мужчина падает на колени перед женщиной только для того, чтобы помочь ее падению.

Искусство — суррогат жизни, потому что искусство любят те, кому не удалась жизнь.

Достойный человек не тот, у кого нет недостатков, а тот, у кого есть достоинства.

В правду верят только мошенники, потому что верить можно в то, чего не понимаешь.

Дураки вообще, а отечественные — в особенности, очень любят управлять чем—нибудь.

Глупость — самая дорогая роскошь, которую могут позволить себе только богатые люди.

Государству служат только худшие люди, а лучшие — только худшими своими свойствами.

Хитрость не есть ум, а только усиленная работа инстинктов, вызванная отсутствием ума.

Статистика — наука о том, как, не умея мыслить и понимать, заставить это делать цифры.

Ученые издатели — половые науки, которые не варят и не кушают, а только подают кушанье.

Эгоисты всех больше жалуются на эгоизм других, потому что всего больше от него страдают.

Газета приучает читателя размышлять о том, чего он не знает, и знать то, что не понимает.

Прежде чем требовать, чтобы другие были достойны нашей любви, надобно заслужить их любовь.

Есть люди, которые становятся скотами, как только начинают обращаться с ними как с людьми.

Самый верный и едва ли не единственный способ стать счастливым — это вообразить себя таким.

Справедливость — доблесть избранных натур, правдивость — долг каждого порядочного человека.

Схоластика — точильный камень научного мышления: на нем камни не режут, но об камень вострят.

Сладострастие есть не что иное как властолюбивое самолюбие, разыгранное на женских прелестях.

Можно иметь большой ум и не быть умным, как можно иметь большой нос и быть лишенным обоняния.

Люди живут идолопоклонством перед идеалами, и, когда недостает идеалов, они идеализируют идолов.

Женская любовь — это дар, который получает свою цену только тогда, когда перестает быть подарком.

Талант — искра Божья, которой человек сжигает себя, освещая этим собственным пожаром путь другим.

Красивые женщины в старости бывают очень глупы только потому, что в молодости были очень красивы.

Жить — значит быть любимым. Он жил или она жила — это значит только одно: его или ее много любили.

Откровенность — вовсе не доверчивость, а дурная привычка размышлять вслух, т.е. в присутствии чужих.

Кто очень любит себя, того не любят другие, потому что из деликатности не хотят быть его соперником.

Художник что зеркало, которым дорожат только потому, что оно дает возможность любоваться самим собой.

Чтобы соблазнить женщину, нужно больше тонкого понимания людей, чем Бисмарку, чтобы одурачить Европу.

Истинная цель дела благотворительности не в том, чтобы благотворить, а чтобы некому было благотворить.

Истина что свет: ее самое не видно, но все предметы видны и понятны, лишь насколько обладают ее светом.

Пессимизм, что тошнота, которая происходит от трех причин: 1) от объедания, 2) голода и 3) беременности.

Добродетель только тогда и получает вкус, когда перестает быть ей. Порок — лучшее украшение добродетели.

Простейший способ не нуждаться в деньгах — не получать больше, чем нужно, а проживать меньше, чем можно.

Прошедшее нужно знать не потому, что оно прошло, а потому, что, уходя, не умело убрать своих последствий.

Люди, которые, не имея своего ума, умеют ценить чужой, часто поступают умнее умных, лишенных этого умения.

Счастлив, кто может жену любить, как любовницу, и несчастлив, кто любовнице позволяет любить себя, как мужа.

Инстинкт — двигатель без сознания, но с участием воли; автомат — двигатель без воли и в механике без сознания.

Остроумие в мышлении — то же, что пряность в питании, она делает вкусной пищу, но портит и вкус, и пищеварение.

Страсти становятся пороками, когда превращаются в привычки, или добродетелями, когда противодействуют привычкам.

Декаденты и интеллигенция — то же, что в гастрономии люди, испортившие себе пищеварение, но сохранившие аппетит.

Современная философия есть дело разума, освободившегося от власти здравого рассудка и поработившегося микроскопу.

Чем женщина меньше приносит мужу, тем больше требует от него, так что чем меньше она стоит, тем дороже обходится.

Светские люди — это класс общественных трутней, откармливаемых рабочим людом сначала для потехи, а потом на убой.

Мужчина видит в любой женщине то, что хочет из нее сделать, и обыкновенно делает из нее то, чем она не хочет быть.

Остряк — не разбойник, и разбойник — не остряк; первый острит, но не режет, последний только режет и редко острит.

В науке надо повторять уроки, чтобы хорошо помнить их; в морали надо хорошо помнить ошибки, чтобы не повторять их.

Лучший воспитатель — голод: он быстро распознает то, с чего надо начинать воспитание — стоит ли воспитывать питомца.

Жены — инспектрисы мужей, только одни инспектируют их сердца, другие — их карманы, а третьи, самые разумные, — их рты.

Музыка — акустический состав, вызывающий в нас аппетит к жизни, как известные аптечные составы вызывают аппетит к еде.

Мужчина любит женщину чаще всего за то, что она его любит; женщина любит мужчину чаще всего за то, что он ею любуется.

Метафора или поясняет мысль, или затемняет ее. В первом случае метафора — поэзия, во втором — риторика или красноречие.

Право по своему существу есть софистика, ибо есть борьба с инстинктом, т.е. с природой, и его слугой — здравым смыслом.

Наше общество — случайное сборище сладеньких людей, живущих суточными новостями и минутными эстетическими впечатлениями.

Одни вечно больны только потому, что очень заботятся быть здоровыми, а другие здоровы потому, что не боятся быть больными.

Есть два рода дураков: одни не понимают того, что обязаны понимать все; другие понимают то, чего не должен понимать никто.

Научная проблематика что порядочная дама: чем скромнее и почтительнее подойдешь к ней, тем скорее она позволит понять себя.

Цари — те же актеры с тем отличием, что в театре мещане и разночинцы играют царей, а во дворцах цари — мещан и разночинцев.

Здравый и здоровый человек лепит Венеру Милосскую из своей Акулины и не видит в Венере Милосской ничего более своей Акулины.

Размышляющий человек должен бояться только самого себя, потому что должен быть единственным и беспощадным судьей самого себя.

Вера в жизнь посмертную — тяжкий налог на людей, которые не умеют дожить до смерти, перестают жить прежде, чем успеют умереть.

Любовь женщины дает мужчине минутные наслаждения и кладет на него вечные обязательства, по крайней мере, пожизненные неприятности.

Мужчина занимается женщиной, как химик — своей лабораторией: он наблюдает в ней непонятные ему процессы, которые сам же и производит.

Мужчина слушает ушами, женщина — глазами, первый — чтобы понять, что ему говорят, вторая — чтобы понравиться тому, кто с ней говорит.

Политика должна быть не более и не менее как прикладной историей. Теперь она не более как отрицание истории и не менее как ее искажение.

Есть люди, которые умеют говорить, но не умеют ничего сказать. Это ветряные мельницы, которые вечно машут крыльями, но никогда не летают.

Люди самолюбивые любят власть, люди честолюбивые — влияние, люди надменные ищут того и другого, люди размышляющие презирают и той другое.

Театральный зритель есть человек, купившей себе в кассе право требовать, чтобы его одурачили, заставили мираж принимать за действительность.

Природа — зеркало, т.е. отражающая пустоту для того, кто в нее смотрится: он может видеть в ней только сам себя, свое внутреннее содержание.

Различие между храбрым и трусом в том, что первый, сознавая опасность, не чувствует страха, а второй чувствует страх, не сознавая опасности.

Античный политеизм — религия чувственности без любви; христианство — религия любви без чувственности; безбожие — религия без того и другого.

Сердце женщины — чистая доска, белый лист бумаги: на нем никогда ничего не прочтешь, но многое напишешь, если умеешь писать на таком материале.

Писатели, как родители, любят наделять свои детища свойствами, которых лишены сами. Оттого герои у Мопассана всегда глупы, а у Толстого — умны.

Прежде инстинкт, как холоп, грубил и бунтовал, но и подвергался бичу, ныне он эмансипировался и пользуется уважением как природный государь жизни.

Вся житейская наука женщины состоит из трех незнаний: сначала она не знает, как добыть жениха, потом — как быть с мужем, наконец — как сбыть детей.

Под старость глаза перемещаются со лба на затылок: начинаешь смотреть назад и ничего не видеть впереди, то есть живешь воспоминаниями, а не надеждами.

Русский студент — вечное жвачное животное, которое в университете жует литографическую бумагу, а потом на службе — бумагу кредитную, и тем сыт бывает.

Благодарность не есть право того, кого благодарят, а есть долг того, кто благодарит; требовать благодарности — глупость, не быть благодарным — подлость.

Декадентство — это искусство, утратившее эстетическое чутье, но сохранившее свою технику. Это творчество без идеала, как толстовщина — религия без Бога.

Крупные писатели — фонари, которые в мирное время освещают путь толковым прохожим, которые разбивают негодяи и на которых в революции вешают бестолковых.

Русская интеллигенция — листья, оторвавшиеся от своего дерева: они могут пожалеть о своем дереве, но дерево не пожалеет о них, потому что вырастут другие.

Наблюдать людей — значит презирать их, т. е. лишать себя возможности понимать их; чтобы понимать их, надо жить с ними, презирая их образ жизни, а не их самих.

Женщина, соблазняющая мужчину, гораздо менее виновата, чем мужчина, соблазняющий женщину, потому что ей труднее стать порочной, чем ему остаться добродетельным.

Добро, сделанное врагом, так же трудно забыть, как трудно запомнить добро, сделанное другом. За добро мы платим добром только врагу; за зло мстим и врагу, и другу.

И москаль, и хохол — хитрые люди, и хитрость обоих выражается в притворстве. Но тот и другой притворяются по-своему: первый любит притворяться дураком, а второй — умным.

Высшее наслаждение мужчины — заставить женщину наслаждаться не им, а самой собой; но женщина любит только мужчину, который заставляет ее наслаждаться им, а не самой собой.

Бездарные люди — обычно самые требовательные критики: не будучи в состоянии сделать простейшее из возможного и не зная, что и как делать, они требуют от других совсем невозможного.

Наука стремится все пороки объяснить болезнями, а моралисты все болезни производят от пороков. Скоро, к удовольствию судей и врачей, преступников будут лечить, а больных — наказывать.

Что такое темперамент? Это способ распоряжения своими мыслями и поступками, насколько он зависит от установленного всей конструкцией человека соотношения его духовных и физических сил.

Счастье — кусок мяса, который увидела в воде собака, плывущая через реку с куском мяса во рту. Добиваясь счастья, мы теряем довольство; теряем, что имеем, и не достигаем того, что желаем.

Самолюбивый человек, тот, кто мнением других о себе дорожит больше, чем своим собственным. Итак, быть самолюбивым, значит любить себя больше, чем других, и уважать других больше, чем себя.

Прежде в женщине видели живой источник счастья, для которого забывали физическое наслаждение, ныне видят в ней физиологический прибор для физического наслаждения, ради которого пренебрегают счастьем.

Закон жизни отсталых государств или народов среди опередивших: нужда реформ назревает раньше, чем народ созревает для реформы. Необходимость ускоренного движения вдогонку ведет к перениманию чужого наскоро.

Обыкновенно женятся на надеждах, выходят замуж за обещания. А так как исполнить свое обещание гораздо легче, чем оправдать чужие надежды, то чаще приходится встречать разочарованных мужей, чем обманутых жен.

Есть женщины, в которых никто не влюбляется, но которых все любят. Есть женщины, в которых все влюбляются, но которых никто не любит. Счастлива — только та женщина, которую все любят, но в которую влюблен лишь один.

Желание нравиться — женская форма властолюбия, как желание удивлять, т.е. пугать, есть мужская форма той же страсти. Женщина отдается в плен тому, кем хочет повелевать; мужчина завоевывает ту, которая хочет холопствовать.

Некоторые женщины умнее других дур только тем, что сознают свою глупость. Разница между теми и другими только в том, что одни считают себя умными, оставаясь глупыми; другие признают себя глупыми, не становясь оттого умными.

Мужчина любит обыкновенно женщин, которых уважает: женщина обыкновенно уважает только мужчин, которых любит. Потому мужчина часто любит женщин, которых не стоит любить, а женщина часто уважает мужчин, которых не стоит уважать.

Только в математике две половины составляют одно целое. В жизни совсем не так: например, полоумный муж и полоумная жена — несомненно, две половины, но в сложности они дают двух сумасшедших и никогда не составят одного полного умного.

Адвокат — трупный червь: он живет чужой юридической смертью. На основании закона так же легко убивают человека, как и по позыву произвола. Только в последнем случае поступок сознается как преступление, а в первом — как практика права.

Мужчина любит женщину, сколько может любить; женщина любит мужчину, сколько желает любить. Потому мужчина обыкновенно любит одну женщину больше, чем она того стоит, а женщина хочет любить больше мужчин, чем сколько в состоянии любить.

Есть два рода болтунов: одни говорят слишком много, чтобы ничего не сказать, другие тоже говорят слишком много, но потому, что не знают, что сказать. Одни говорят, чтобы скрыть, что они думают, другие — чтобы скрыть, что они ничего не думают.

Когда люди, мнением которых мы дорожим, отказывают нам в достоинствах, которые у нас есть, мы обыкновенно падаем духом, как будто потеряли их, а когда приписывают нам достоинства, каких мы в себе не подозревали, мы ободряемся и стараемся приобрести их.

Наблюдение чужих пороков очень полезно для само исправления: собственный порок становится особенно противен, когда увидишь его в другом и почувствуешь, как неприятно обладать тем, что сейчас осмеял, ибо мы любим осмеивать всех и вся, кроме себя и своего.

Вся разница между умным и глупым в одном: первый всегда думает и редко скажет, второй всегда скажет и никогда не подумает. У первого язык всегда в сфере мысли; у второго мысль вне сферы языка. У первого язык — секретарь мысли, у второго — ее сплетник и доносчик.

В России нет средних талантов, простых мастеров, а есть одинокие гении и миллионы никуда не годных людей. Гении ничего не могут сделать, потому что не имеют подмастерьев, а с миллионами ничего нельзя сделать, потому что у них нет мастеров. Первые бесполезны, потому что их слишком мало; вторые беспомощны, потому что их слишком много.