Александр Дюма (отец)
Цитаты Высказывания

Апоплексия — это громовой удар, который поражает вас, но не уничтожает, и, однако, после него все кончено.

Бесстрашные натуры зло доводят до героизма, а добро — до зла.

Благодарность — расхожая монета, которая удовлетворяет многих, если сопровождается улыбкой.

Благородные поступки, неведомые миру, редко приносят пользу тем, кто их совершает. Богатство дает власть творить добро и зло.

Болезнь страшит не только любящих матерей, но и злых мачех: матерей пугает опасность для здоровья, мачех — опасность для кошелька.

Бывает безумие героическое. Такие безумцы способны на величайшие безрассудства во имя славы или во имя долга.

Бывает так, что люди карают даже тех, кто не ошибается.

Бывают услуги настолько бесценные, что отплатить за них можно только неблагодарностью.

Быть великодушным с бессердечными людьми — значит дурачить самого себя.

В благородных сердцах дружба пускает глубокие корни.

В их обществе я бы умер со скуки, не будь там меня.

В человеческом сердце гордыни больше, чем признательности.

Великие люди, в чем бы их таланты ни проявлялись, живут неуловимыми на глаз побуждениями; они сами не знают, что именно побуждает их к тому или иному поступку.

Взгляд человека на мир — мрачный или сквозь розовые очки — зависит почти всецело от его желудка.

Вино — вещь более нравственная, чем любовь.

Виновный не любит, когда ему указывают на его вину.

Вода и время — два могущественнейших растворителя: один точит камень, другой подтачивает самолюбие.

Воззрения — вот единственная сила, которую не стыдясь может признать разум.

Война — разрушение; участвуя в ней, можно выиграть решительно все, а потерять только одно — жизнь. Это наихудший конец.

Война с целым народом опасна.

Время — единственное достояние людей труда.

Все женщины убеждены, что раны в сердце неизлечимы, и потому они так самонадеянны.

Все обобщения опасны, даже это.

Вся человеческая мудрость заключается в двух словах: ждать и надеяться.

Гении знают всё, что знают люди, и еще многое другое.

Гнев народа подобен течению большой реки, которая губит тех, кто пытается ее остановить.

Голод — это призрак, который трудно засыпает и легко просыпается.

Гордыня всегда непростительна.

Гордыня — демон разрушения. Люди позволяют гордыне пустить столь глубокие корни в их сердца, что потом никак не могут вырвать ее оттуда.

Горе имеет свои права, и ничто не может быть целомудреннее слез.

Грубая действительность любит убивать светлые упования.

Давка в толпе — это паровой котел, который перегревается и взрывается.

Делай вид, что уважаешь себя, и тебя будут уважать.

Дипломатии нельзя выучиться — для этого нужно чутье.

Добродетель — растение бальзамическое, с невыдыхающимся ароматом и представляющее собой лучшее лекарство для душевных ран.

Добродетель хмурая, тоскливая, бубнящая поучения, отталкивает даже тех, кто готов был к ней приблизиться.

Доверие может возникнуть лишь в ответ на деяния.

Дружба всегда питается взаимными одолжениями.

Дружба предполагает равенство.

Дружбе приносится больше жертв, чем любви и честолюбию, этим благородным болезням сердца человеческого.

Друзей не может быть слишком много.

Если вы можете угадать по лицу ее возраст — совершенно лишнее спрашивать об этом, если же не можете — ваш вопрос нескромен.

Есть добродетели, которые, переходя границы, превращаются в порок.

Ждать невозможно лишь тогда, когда ничего не делаешь.

Женатый всегда находится в здравом уме, потому что не думает о женитьбе.

Женщина никогда не прощает другой женщине, отнявшей у нее хотя бы и нелюбимого мужчину.

Женщина священна; женщина, которую любишь, священна вдвойне.

Женщины безотчетно сочувствуют горестям любви, и самая строгая мать становится снисходительной, едва речь заходит об ошибке, совершенной под влиянием сердечного порыва.

Женщины нередко предпочитают грубость изысканной любезности, ибо она позволяет заглянуть в глубину мыслей и доказывает, что чувство берет верх над рассудком.

Женщины никогда не имеют такой силы, как после поражения.

Женщины обладают удивительным свойством угадывать присутствие любви или ее приближение.

Жизнь — капитал, и человек должен помещать его самым выгодным образом.

Жизнь — это вечное крушение наших надежд.

Занятым людям некогда разглядывать женщин.

Злословие и клевета не имели бы такой силы, если бы глупость не пролагала им пути.

Идеи не умирают, они порою дремлют, но просыпаются еще более сильными, чем были до сна.

Идея — это искра, упавшая в солому. И только зоркие глаза могут разглядеть пожар, занимающийся средь бела дня.

Идея — это карлик-гигант, за которым необходимо следить днем и ночью, ибо вчера она пресмыкалась у ваших ног, а завтра грозно повиснет над вашей головой.

Известны только два чувства, от которых человек лишается аппетита, — горе и любовь.

Истинно великодушные люди всегда готовы проявить сострадание, если несчастье их врага превосходит их ненависть.

Историк — властелин минувших эпох.

Исторические события имеют одно странное свойство: озарять отблеском своего величия предшествующие им обстоятельства.

История подобна гвоздю, на который можно повесить все, что угодно.

История — самая неумолимая богиня: она вырывает перо из собственного крыла, обмакивает его в кровь; она записывает чье-нибудь имя, и имя это обречено на проклятия потомков.

К несчастью, первая потребность народа после победы состоит в том, чтобы все разрушить.

Как бы хорошо ты не говорил, если ты говоришь слишком много, то в конце концов станешь говорить глупости.

Какое счастье иметь хорошего друга, и особенно потому, что хорошие друзья встречаются редко.

Когда горе слишком велико, в душе не остается места для гнева.

Когда молчит история, слово берет легенда.

Когда стареешь, чаще думаешь о своей молодости.

Кто умеет создавать великое, создаст и малое.

Кто чувствует в себе волю к борьбе, тот не теряет даром времени и сразу отвечает судьбе ударом на удар.

Легче всего осуществимы те мечты, в которых не сомневаются.

Любовь без уважения далеко не идет и высоко не поднимается: это ангел с одним крылом.

Любовь доказывают покорностью.

Любовь из всех видов страсти — самая эгоистичная.

Любовь — самое деспотическое из всех человеческих чувств.

Любовь — такая сладостная химера, что теряя ее, теряешь больше, чем жизнь.

Любящий никогда не заблуждается, думая о тех, кого любит.

Люди всегда так — по самолюбию ближнего готовы бить топором, а когда их собственное самолюбие уколют иголкой, они вопят.

Люди, которые никогда ни о чем не спрашивают, самые лучшие утешители.

Люди, чье сердце терзает боль, испытывают неодолимую потребность в движении; стремительный галоп лошади, уносящий всадника, быть может, навстречу еще худшей беде, к пониманию непоправимости того, что случилось, а иной раз к возможности отомстить, подобен некоему бальзаму для душевных ран.

Людская злоба не имеет границ, она безграничнее, чем божье милосердие.

Меланхолия — это пища для заурядного ума, черпающего в ней мнимую оригинальность, но она пагубна для сильных натур.

Молодость — большой недостаток для того, кто уже немолод.

На войне ловкость значит не меньше, чем сила.

Надежда — лучший врач из всех, какие известны.

Народ — это взрослый ребенок, которого надо только приласкать, и он будет нем, тих и кроток, как ягненок.

Народ — это голодный лев, который лижет только ту руку, что его кормит, кому бы она ни принадлежала.

Народ — это самый неблагодарный, самый капризный, самый непостоянный из всех хозяев.

Не от того, кто влюблен впервые, можно требовать умения молчать. Первой любви сопутствует такая бурная радость, что ей нужен исход, иначе она задушит влюбленного.

Неистовство — признак слабости.

Нестерпимое чувство стыда порождает предельную наглость.

Нет людей забывчивее, чем друзья.

Нет на свете друзей. Есть только насмешники и равнодушные.

Нет ничего выразительнее лица человека, любящего поесть, в ту минуту, когда он приступает к вкусному блюду.

Никогда не бывает проявлением трусости подчинение силе, стоящей над вами.

Никогда не следует быть исключением. Если живешь среди сумасшедших, надо и самому научиться быть безумным.

Ничто не накладывает такой отпечаток на душу, как первые воспоминания.

Ничто не походит на женщину меньше, чем другая женщина.

Ничто так не возбуждает жажду, как вино.

Ничто так не возмущает прямое, не способное на предательство сердце, как то, что его считают способным на измену.

Ничто так не убеждает нас, как глубокая вера другого человека. Она влияет даже на людей неверующих.

Носите горе в себе, как туча несет в себе погибель и смерть, роковую тайну, которую никто не видит, пока не грянет гроза. Берегите ваши силы для той минуты, когда она грянет.

Одна песчинка способна нарушить ход самой мощной машины.

Одним из самых величайших заблуждений человека является вера в то, что весь мир создан ради его коротенькой жизни, в то время как именно эти человеческие жизни, краткие, эфемерные мгновения, почти не ощутимые для простых смертных, и составляют «время».

Ожидание — это безумие, а что такое безумие, если не частичка надежды?

Опасайтесь не мертвых соперников, а живых врагов. Привидения являются только тем, кто должен их увидеть.

Опаснее всего коварство того, кто всегда ведет себя безукоризненно.

От всякой беды есть два лекарства — время и молчание.

Ощущение безопасности делает человека неосторожным.

Переверните мир, измените его лицо, предавайтесь любым безумствам, совершайте преступления, но живите!

Подлинно глубокому чувству веселье не свойственно, и глаза искренне любящей женщины чаще всего не сверкают, а затуманены слезами.

Поступай хорошо, и пусть говорят, что хотят.

Привычка к покою и благоденствию придает важность даже самым заурядным лицам.

Ревность — признак любви.

Редко случается, что то, чего пламенно желаешь, столь же пламенно не оберегали другие люди.

С идеями невозможно бороться, как с людьми, они невидимы и проскальзывают повсюду; они прячутся, особенно от глаз тех, кто хочет их искоренить. Укрывшись в тайниках душ человеческих, они пускают там глубокие корни. И чем старательнее срезаете вы неосторожные побеги, показавшиеся на поверхности, тем более могучими и неистребимыми становятся невидимые корни.

С любовницей можно расстаться, но жена, черт возьми, это другое дело, с нею вы связаны навсегда — вблизи или на расстоянии, безразлично.

Самая большая выдержка нужна матросам не во время бури, а во время затишья перед бурей.

Свобода английских нравов нередко удивляет тех, кто не знает, какая душевная чистота лежит в ее основе.

Сегодняшние друзья — завтрашние враги.

Скупость сушит душу.

Слабые духом всегда все видят через траурную вуаль.

Случайность — запасной фонд Господа Бога.

Совет — больше, чем услуга.

Страсть ослепляет самые уравновешенные умы.

Судейские — народ живучий.

Существует огромная разница между бессонницей, вызванной радостью, и бессонницей, порожденной горем.

Счастье в одиночестве — не полное счастье.

Так уж положено: молодость веселится, старость бранится.

Только надуманная любовь поддается укрощению, истинная же не слушает приказов, и спастись от нее нельзя.

Только нелюбимые женщины никогда не опаздывают.

Тот, кто мстит, иногда жалеет о совершенном; тот, кто прощает, никогда не жалеет об этом.

У всех благородных сердец есть еще одна оболочка, предохраняющая их, словно броня. Если первая кровоточит, вторая задерживает кровотечение.

У домов, как у людей, есть своя душа и свое лицо, на котором отражается их внутренняя сущность.

У того, кто несчастен, друзей не бывает.

У человека два зрения: взор тела и взор души. Телесное зрение иногда забывает, но духовное помнит всегда.

Холостяк скучает повсюду, женатый — только дома.

Хорошая дипломатия никогда не признается в своих замыслах.

Человек в горе должен бы прежде всего обращаться к Богу, но он делает это, только утратив все иные надежды.

Человек вспоминает о том, о чем может, а нео том, о чем хочет.

Человеку дано испытать любовь, чтобы он знал меру своих страданий.

Чем выше парит в небесах могучий орел, тем дольше он вынужден отдыхать на земле. Чтобы вознаградить женщин за их слабость, природа одарила их необычайной чуткостью.