Диоген Синопский
Цитаты Высказывания

Богач не владеет своею собственностью, а собственность владеет им.

Даже подделываться под мудрость — уже философия.

Надежда — последнее, что умирает в человеке.

Для того чтобы жить как следует, нужно иметь или разум, или петлю.

Единственное благо — это знание, единственное зло — это невежество.

Жизнь — зло? Не всякая жизнь, а лишь дурная.

Из этой жизни хорошо уйти, как с пира: не жаждая, но и не упившись.

Истинное счастье состоит в том, чтобы разум и душа всегда пребывали в покое и веселье.

Кто стремится к счастью, должен идти к нему даже сквозь огонь и мечи.

Торжество над самим собою есть венец всякой философии.

Льстец — самый опасный из ручных животных.

С правдой надо жить, как при огне: ни сильно приближаться, чтоб не ожег, ни далеко отходить, чтобы холодно не было.

Само презрение к наслаждению благодаря привычке становится высшим наслаждением.

Слава есть приманка глупости, а благородство служит ей личиною.

Протягивая руку друзьям, не надо сжимать пальцы в кулак.

Те безрассуднее скотов, кто утоляет жажду не водой, а вином.

Те, кто содержит животных, должны признать, что скорее они служат животным, чем животные им.

У нас два уха и только один язык для того, чтобы мы могли больше слушать и меньше говорить.

Любовь можно заслуженно назвать трижды вором — она не спит, смела и раздевает людей догола.

Любовь проходит с голодом, а если ты не в силах голодать, петлю на шею — и конец.

На вопрос, в каком возрасте следует жениться, философ Диоген ответил: «Молодым еще рано, старым уже поздно».

В жизни невозможно достичь никакого блага без упражнений, и благодаря им можно всё одолеть.

Воспитание сдерживает юношей, утешает стариков, бедных обогащает, богатых украшает.

Образование дает юношам благоразумие, старикам — утешение, беднякам — богатство, богатым — украшение.

Отцы и дети не должны дожидаться просьбы друг от друга, а должны предупредительно давать потребное друг другу, причем первенство принадлежит отцу.

Править — значит уметь обращаться с людьми и трудиться для всеобщего блага.

Привычка, достигаемая частым упражнением, облегчает нам добродетельное поведение.

Причинять муки своим завистникам — это быть в хорошем настроении.

Бедность сама пролагает путь к философии. То, в чем философия пытается убедить на словах, бедность вынуждает осуществлять на деле.

Философия и медицина сделали человека самым разумным из животных, гадание и астрология — самым безумным, суеверие и деспотизм — самым несчастным.

Счастье состоит единственно в том, чтобы постоянно пребывать в радостном состоянии духа и никогда не горевать, где бы и в какие времена вы ни находились.

Родители не заслуживают благодарности ни за то, что они нас породили, ибо все сущее произошло от природы, ни за то, какими мы родились, так как причина этого заключается в смешении элементов. Не стоит благодарить родителей и за то, что люди появляются на свет по их выбору или намерению. Ведь роды — следствие половых сношений, в которые вступают ради удовольствия, ане с целью рождения детей.

Справедливость дает душе несравненный покой. Жить, никого не боясь, никого не стыдясь, — это доставляет радость и делает жизнь полной. Тот, у кого справедливость в душе, не только многим приносит пользу, но больше всего самому себе, ибо не сделает даже попытки нанести себе хоть какое-нибудь оскорбление.

Старайся противостоять и наслаждениям, и тяготам жизни, ибо они в равной степени враждебны и больше всего мешают нам, ибо наслаждения толкают нас к постыдным делам, а тяготы отпугивают от прекрасных деяний.

Счастливым людям жизнь кажется лучше и потому смерть — тягостнее, а те, кто живет в беде, жизнь переносят тяжелее, зато смерть принимают легче. А для тиранов и жизнь, и смерть тяжелее, чем для остальных, потому что живут они гораздо хуже тех, кто страстно стремится умереть, а смерти боятся так, как те, кто живет самой приятной жизнью.

Труды, тяжкие труды, непреодолимые для обжор и безрассудных людей, которые весь день пируют, а ночью храпят, — эти труды под силу одолеть только людям сухощавым, худым, с животами, подтянутыми, как у ос.